Жертвы созависимых отношений. Потеряв Украину, Европа лишится своей «ударной силы»

В западной прессе нарастают панические настроения о способности Украины к продолжению войны с Россией, и, как итог, скорой победы Москвы, которая, вопреки отчаянному сопротивлению Запада, сумеет-таки достичь целей, поставленных перед началом СВО.

Так, в частности, издание Foreign Affairs пишет, что РФ планирует захват Украины в три этапа:

— Удержание «аннексированных» территорий и захват Харькова, Николаева и Одессы, чтобы отрезать Украину от Чёрного моря.

— Экономическое и политическое давление на Киев под угрозой нового вторжения.

— Вхождение Украины в орбиту России по аналогии с Белоруссией.

И всё это, при удачном стечении обстоятельств, Москва сможет достичь уже в 2026 году. Повторяю, это не моё мнение, это мнение Foreign Affairs.

В этой связи перед Западом встают три основных задачи, от решения которых и будет зависеть, воплотится ли в реальность вышеозначенный прогноз.

Во-первых, необходимо хоть как-то преодолеть проблемы с финансированием киевского режима, связанные с неспособностью ЕС найти на это деньги и отказом США от прямой, в том числе и военной, помощи Украине.

Во-вторых, разобраться с коррупционными скандалами в Киеве, которые, при определённых обстоятельствах, могут даже свалить Зеленского, чьё участие в мошеннических схемах по отмыванию денег и выводу их за рубеж через структуры «Энергоатома» сомнению не подвергают даже на Западе.

И, в-третьих, крайне важно каким-то образом купировать провалы ВСУ на фронте, грозящие перерасти в полномасштабный кризис обороноспособности, связанный с недостатком живой силы, причиной чему стали неоправданные потери, когда те или иные территории удерживаются исключительно по политическим мотивам, а также огромным процентом украинских военных, оставивших расположение части, проще говоря, дезертиров.

Именно с этим вопросом, особенно на фоне приближающегося падения последнего крупного узла сопротивления в Донбассе — Покровско-Мирноградской агломерации, а также в связи с начавшимся обрушением фронта на Запорожском направлении, где наши войска в день освобождают, минимум, по одному населённому пункту (для этой войны это просто неслыханные темпы), и связаны публикации в западных СМИ, где указывается на то, что эта зима может стать для Зе-режима последней.

Вообще, звучит чересчур оптимистично, однако из песни, как говорится, слов не выкинешь.

«Ключевой момент не в количестве солдат, а в вере. Войны заканчиваются не тогда, когда заканчиваются боеприпасы, а когда исчезает ощущение смысла. Покровск становится символом истощения не только физического, но и морального. И если Украина не предложит нарратив, способный вдохновить общество, технику и помощь будет некому использовать. Перелом в войне наступает, когда численные потери превращаются в моральную усталость. И сейчас именно этот перелом мы наблюдаем. Если государство не сможет восстановить доверие и мотивацию, оно рискует проиграть не битву, а ресурс на её ведение», — пишет Financial Times в свежем материале, где описывается ситуация на украинском фронте.

О критической нехватке бойцов говорят уже и сами украинцы. Так некая Мария Берлинская, курирующая в Киеве направление БПЛА, прямо признаёт, что «пехоту почти всю стёрли», и если не найти выхода, возможно, через активное внедрение робототехники, фронт попросту рухнет.

«По сути, надо учиться воевать без пехоты, потому что пехоты почти нет. Выстраивать взводы НРК [наземных роботизированных комплексов] в обороне, с турелями и детекторами дронов, с камерами и микрофонами. Чтобы уничтожать дроны, живую силу, видеть и слышать происходящее вокруг... Всё это нужно завязывать в единую систему ситуационной осведомлённости и управления с воздушными дронами и другим роботизированным функционалом войны. И выбрасывать из головы устаревший мусор „роботы никогда не заменят людей", „украинская земля только там, где стоит нога нашего пехотинца", „воевать без пехоты невозможно". Пехоту почти всю стёрли. И пока она ещё на остатках есть, выигрывает всем нам время, чтобы отработать тактики и выставить на передовую роботизированные взводы. Потому что, если пехота окончательно закончится, а роботы не зайдут — фронт прорвётся». Конец цитаты.

Сложно сказать, у кого такие пессимистические новости вызывают более истерическую реакцию: у Зеленского, под которым начинает не просто шататься, а буквально «гореть» президентское кресло, или у его западных, европейских в основном, спонсоров, которые остро ощущают, что столь желанные ими «ещё 2—3 года» Украина может и не продержаться?

Ведь их самая главная проблема в том, что денег нет, и даже если их как-то найти, на всё, что нужно, всё равно не хватит.

По этому поводу на днях повеселила новость о том, что Европа приостановила процесс создания трибунала по расследованию «военных преступлений России» из-за нехватки финансирования. А ведь там речь идёт далеко не о таких суммах, которые требуются для поддержания боеспособности ВСУ.

То есть денег не хватает даже на элементарное. Тут ещё и проблемы с украинской энергетикой, которые могут стать катализатором развала страны ничуть не меньше, чем провалы на фронте. И средств на её восстановление тоже нет.

Скажу больше, у украинского режима как такового денег нет вообще ни на что. В сложившейся критической ситуации его полнейшая зависимость от западных спонсоров стала фактором риска, а не стабильности, как это изначально задумывалось. Мол, вы воюйте, деньги мы найдём.

Не нашли, и от понимания этого у Европы подгорает ещё сильнее. С одной стороны, их бросил Трамп, а с другой — доводит до бешенства Зеленский, который даже при столь критическом положении дел на фронте продолжает воровать немыслимыми суммами.

А самое обидное, что даже признать это и наказать Зеленского они не могут, ибо сами создали порочную систему болезненной созависимости Запада с киевским режимом, падение которого может потянуть за собой весь Евросоюз и даже, в конечном итоге, утопить его. И выхода из сложившейся ситуации пока не видно.

Всё это, на мой взгляд, лишний раз доказывает верность тезиса о том, что единственный и самый надёжный способ избежать Большой войны с Европой — это окончательный разгром Зе-режима, лишающий европейцев их «ударной силы».