В ЦАХАЛ назвали картину NAZA нападением на Израиль
Документальный фильм NAZA, который стал призёром Венецианского кинофестиваля, является «нападением» на Израиль.
Такую оценку картине дал начальник генштаба ЦАХАЛ (армия обороны Израиля) Эяль Замир. Вместе с этим он поручил юридической службе изучить возможность иска против его авторов.
Как сообщает The Jerusalem Post, Эяль Замир распорядился, чтобы военный генеральный адвокат изучил и продвинул возможные юридические меры в отношении фильма и всех, кто в нём участвовал.
Начштаба ЦАХАЛ счёл документальный фильм «кровавым наветом», намеренным искажением реальности и ложными обвинениями против солдат и командиров ЦАХАЛа.
Он выразил убеждение, что это «атака на Государство Израиль», а не просто критика армии.
Замир заявил о готовности использовать «все доступные инструменты», включая юридические, командные и инструменты публичной дипломатии, для защиты военнослужащих и предотвращения угрозы национальной безопасности.
Помимо юридической проверки, начштаба ЦАХАЛ также распорядился провести проверку на предмет возможной утечки секретной информации, которая могла быть использована в фильме.
Документальный фильм NAZA снят израильскими режиссёрами Ювалем Абрахамом и Рахель Шор. То есть, если следовать логике Замира, то Израиль напал на себя сам. Премьера фильма состоялась на Венецианском кинофестивале на прошлой неделе, там же он получил специальный приз жюри. Основу сюжета составили интервью с 24 израильскими военнослужащими и офицерами (в основном из подразделения 8200), которые на правах анонимности повествуют об использовании искусственного интеллекта (ИИ), о системах наведения и ударах, что приводило, по их словам, к массовой гибели мирных жителей в секторе Газа.
Пресс-секретарь ЦАХАЛ пригласил создателей фильма показать полную версию документального фильма военным чиновникам, чтобы армия могла дать содержательный ответ.
Громкий скандал по поводу израильского антивоенного фильма NAZA, показанного на Венецианском кинофестивале, очень интересен с точки зрения влияния современных технологий на военную сферу и боевые действия, пишет в этой связи автор телеграм-канала «Ratio MiLitaris», специализирующийся на мониторинге научно-технических инноваций, оборонной проблематики и OSINT.
В своей заметке он поясняет, что на самом деле случилось, и почему это важно. Само название фильма, NAZA, является израильским военным термином, обозначающим предполагаемое количество неизбежных гражданских жертв при потенциальной атаке. Авторы утверждают, что провели расследование на основе общения с 24 анонимными военнослужащими и разведчиками, которые подробно рассказали о системе ИИ Lavender, которая анализировала огромные массивы данных о жителях сектора Газа и помогала выявлять цели, нанося по ним удары.
«Алгоритм анализировал сведения о жителях Газы: коммуникационные связи, поведение в цифровых сетях и другие доступные разведке характеристики. Затем на основе уже известных членов ХАМАС и „Исламского джихада‟ пытался находить людей с похожим набором признаков. Таким образом, система не гарантировала, является ли конкретный человек комабатантом. Она вычисляла статистическую вероятность его принадлежности к вооружённой группировке и присваивала ему соответствующий рейтинг. Затем военные могли установить определённый порог, после которого человек попадал в список потенциальных целей. Разумеется, с учётом общего хаотизма военной специфики и известного отношения израильтян к своим арабским оппонентам очевидно, что верификацией всех этих списков никто практически не занимался», — поясняет «Ratio MiLitaris».
Именно здесь, указывает автор публикации, возникает принципиально новая для современной войны проблема.
«Чем выше скорость обработки данных, тем меньше времени есть у человека на проверку каждого отдельного случая. По свидетельствам, приведённым в фильме, некоторые операторы тратили на проверку цели около 20 секунд, фактически контролируя не каждое решение алгоритма с нуля, а лишь его соответствие базовым критериям», — отмечает ТК.
При этом сами авторы расследования подчёркивали, что Lavender не была полностью автономным оружием. Формально окончательное решение об ударе оставалось как бы за человеком, а израильские военные категорически отрицали утверждения о том, что алгоритм самостоятельно определял, кого следует атаковать.
«Тем не менее, вполне ясно, что среднестатистический сотрудник едва ли был особенно разборчив и отмерял каждый кейс с точностью ювелира», — пишет «Ratio MiLitaris».
Если оставить в стороне чисто израильский сюжет, войну в Газе и моральную сторону вопроса, история Lavender показывает гораздо более широкий тренд, считает ТК.
«ИИ в военной сфере уже перестал быть экспериментальной или сугубо исследовательской технологией тепличного формата. Он постепенно становится частью реального процесса принятия решений и ведения боевых действий. Причём вместе с преимуществами он переносит в военную сферу и все хорошо знакомые ограничения обычного ИИ в виде зависимости от качества данных, примитивных ошибок, непрозрачности алгоритмов, прочих рисков. Пример Израиля доказывает, что для армий разных стран вопрос уже не столько в том, использовать ли ИИ, сколько в том, насколько быстро и эффективно они смогут встроить его в собственные ВС», — подытожил «Ratio MiLitaris».
