информационное агентство

Революция Z: Европа протестует громко, Россия уходит молча. Кто опаснее для системы?

03.11.26      Алексей Белов
⚡
Революция Z: Европа протестует громко, Россия уходит молча. Кто опаснее для системы?

В ходе нынешних протестов в Германии появился очень точный лозунг: «Gen Z regelt», что по-немецки можно перевести как «поколение Z разберётся/наведёт порядок». Gen Z — это сокращение от Generation Z, то есть поколение тех самых зумеров — людей, родившихся приблизительно после миллениума и до середины 2010-х. Именно они, похоже, становятся сегодня одной из главных движущих сил европейского протеста.

И действительно, если вынести за скобки мигрантские погромы на французских улицах, перед нами довольно чистый поколенческий бунт. Требования у него удивительно похожи. Молодёжь выступает против роста стоимости жизни, дорогого жилья, стагнирующих зарплат, сокращения социальных расходов, плохого образования, милитаризации и воинского призыва. Но всё это, по сути, сводится к одному: дайте нам будущее.

Потому что именно будущего нынешняя европейская система им и не предлагает. Большая корпоративная экономика оставляет молодому человеку лишь роль винтика. Работай, плати аренду, налоги и страховки, не задавай лишних вопросов и оставайся частью огромного механизма.

Средний класс размывается, социальные лифты буксуют, а собственное жильё превращается в несбыточную мечту. И всё это происходит на фоне того, как государство решительно режет расходы на образование и социалку, одновременно тратя миллиарды на производство оружия. Таковы нынешние европейские реалии.

Но вот что удивительно: реальность российского зумера от реальности его немецкого или американского сверстника в фундаментальном смысле почти ничем не отличается. Да, у него иной политический фон, иные исторические обстоятельства, но набор жизненных проблем поразительно похож.

В отличие от Европы, война не была нашим выбором. Россию к нынешнему столкновению с Западом принудили, подводя годами, и в какой-то момент пространство для манёвра стало минимальным. Можно спорить о причинах и степени неизбежности. Только цифрам на всё это наплевать. Они холодны, как звёзды, и фиксируют исключительно последствия.

А последствия таковы: огромная часть ресурсов уходит на оборону и безопасность. Значит, эти же деньги не идут на образование, инфраструктуру, жильё и создание того самого будущего, которое необходимо молодому поколению. Математика здесь безжалостна.

Нагляднее всего это видно по ситуации с жильём. Сегодня без особых проблем купить квартиру может лишь тот, кому квартира не особенно-то нужна. В лучшем случае обеспеченный покупатель приобретает вторую или третью недвижимость под аренду.

Молодой специалист, живущий у родителей или на съёмной квартире, смотрит на первоначальный взнос и ипотечный платёж, как на цифры из параллельной вселенной. А при этом ему ещё и рассказывают о важности семьи, детях и необходимости строить жизнь. Вот только где? В арендованной однушке, снятой за половину зарплаты?

С образованием похожая история. Можно спорить, хорош или плох ЕГЭ, но трудно не замечать превращения учёбы в натаскивание на прохождение формальных фильтров. В результате выпускники выходят из школы не образованными, а обученными. Что, согласитесь, далеко не одно и то же.

Школа передаёт эту проблему вузу, вуз — работодателю, а тот затем жалуется на нехватку квалифицированных специалистов. Только откуда им взяться, особенно, если в итоге молодому человеку предлагают самому исправлять дефекты системы.

Но главная проблема, пожалуй, — социальные лифты. Если ты родился в обеспеченной семье, у тебя один набор возможностей. Если в маленьком городе или деревне, где у родителей нет ни денег, ни связей, — совершенно другой.

Крупные корпорации становятся всё сильнее, хорошие места чаще распределяются внутри уже сложившихся кругов. Или страт, как любят говорить наши апологеты социал-дарвинизма от экономики.

Да, формально двери открыты всем. Но на практике между молодым человеком и дверью выстроен длинный и практически непреодолимый коридор турникетов.

И зумеры это прекрасно видят. Только реагируют иначе, чем на Западе. Пока немецкий студент выходит на улицу, а французский — строит баррикаду, российский чаще закрывает дверь собственной комнаты, надевает наушники и говорит взрослому миру: «отстаньте от меня». Это тоже протест, просто тихий.

У нынешнего поколения появляется собственный язык, свои шутки, символы, представления о работе, отношениях и успехе. Причём пропасть образовалась даже не между детьми и родителями. Между зумерами и миллениалами, которые нередко старше всего на десять-пятнадцать лет, уже пролегает культурный каньон.

Миллениалов воспитывали на достигаторстве: работай больше, строй карьеру, бери ипотеку, терпи — и однажды всё получится.

Зумер смотрит на эту схему и спрашивает: а зачем? Чтобы двадцать лет отдавать банку половину дохода за квартиру в человейнике? Чтобы соревноваться за очередную должность и в итоге обнаружить, что всё это время ты просто очень эффективно обслуживал чужую систему?

Если желаемое не получается обрести здесь и сейчас или хотя бы в обозримом будущем, многие просто выходят из игры. Не в революцию. В себя.

А следом растёт поколение альфа, для которого нейросеть — такая же естественная часть мира, как для миллениала Google. Современный Митрофанушка уже спрашивает не «зачем географию учить, если извозчик довезёт», а зачем запоминать то, что нейросеть найдёт и объяснит быстрее учителя.

Да, конфликт поколений существовал всегда. Но сейчас к нему добавился технологический разрыв такой скорости, какого раньше просто не было. Поэтому попытки разговаривать с зумерами исключительно языком запретов, назиданий и «мы лучше знаем, как вам жить» особенно опасны. Чем сильнее взрослый мир закручивает гайки, тем глубже молодые уходят в собственную реальность.

И вот здесь российская «Революция Z» может оказаться куда опаснее европейской. Да, у нашей молодёжи, к счастью, нет массового желания жечь машины и громить магазины. Но отсутствие баррикад ещё не означает отсутствия бунта.

Можно восстать иначе: не ходить на митинги, а перестать верить. Не бросать камни в полицию, а отказаться связывать своё будущее с системой. Не требовать перемен, а просто выйти из общественной жизни и минимизировать контакты с государством, карьерой, политикой и всем тем, что взрослое поколение считает обязательным атрибутом «нормального человека». По сути, сказать: «Я ни во что не верю и ничего у вас не прошу. Только и вы ко мне не лезьте».

Громкую революцию видно сразу: она идёт по улицам, бьёт витрины и заставляет власть реагировать. Тихая может длиться годами, пока однажды не выяснится, что целое поколение формально живёт внутри страны, но эмоционально, общественно и культурно давно существует отдельно.

Немецкое поколение Z хочет навести свой порядок, отличный от навязанного старшими. Российские зумеры ни на что такое не претендуют. Они просто всё чаще предпочитают наводить порядок в собственном маленьком мире, закрыв дверь перед большим.

И я бы не был уверен, что этот вариант для общества более приемлем.

antifashisttm
Антифашист ТВ antifashisttm antifashisttm